Category: животные

Category was added automatically. Read all entries about "животные".

aquila

Мои книги

Вы можете поблагодарить автора за уже написанные книги или оказать содействие в написании новых, сделав перевод на карту Сбербанка № 4276 5500 5244 3929





Collapse )
aquila

«Фрегат “Паллада”»: знакомство с бушменами

Я обогнул утес, и на широкой его площадке глазам представился ряд низеньких строений, обнесенных валом и решетчатым забором, – это тюрьма. По валу и на дворе ходили часовые, с заряженными ружьями, и не спускали глаз с арестантов, которые, с скованными ногами, сидели и стояли, группами и поодиночке, около тюрьмы. Из тридцати-сорока преступников, которые тут были, только двое белых, остальные все черные. Белые стыдливо прятались за спины своих товарищей.

Здесь была полная коллекция всех племен, населяющих колонию. Толпа окружила нас и с бо́льшим любопытством глядела на нас, нежели мы на нее. Особенно негры и кафры смотрели открыто, бойко и смело, без запинки отвечали на вопросы. Нередко дружный хохот раздавался между ними от какой-нибудь шутки, и что за зубы обнаруживались тогда! «Есть ли у вас бушмены?» – спросил я. «Трое», – отвечал смотритель. «Нельзя ли посмотреть?» Он что-то крикнул: в углу, у забора, кто-то пошевелился. Смотритель закричал громче: в углу зашевелилось сильнее. Между черными начался говор, смех. Двое или трое пошли в угол и вытащили оттуда бушмена. Какое жалкое существо! Он шел тихо, едва передвигая скованные ноги, и глядел вниз; другие толкали его в спину и подвели к нам. Насмешки сыпались градом; смех не умолкал.

Перед нами стояло существо, едва имевшее подобие человека, ростом с обезьяну. Желто-смуглое, старческое лицо имело форму треугольника, основанием кверху, и покрыто было крупными морщинами. Крошечный нос на крошечном лице был совсем приплюснут; губы, нетолстые, неширокие, были как будто раздавлены. Он казался каким-то юродивым стариком, облысевшим, обеззубевшим, давно пережившим свой век и выжившим из ума. Всего замечательнее была голова: лысая, только покрытая редкими клочками шерсти, такими мелкими, что нельзя ухватиться за них двумя пальцами. «Как тебя зовут?» – спросил смотритель. Бушмен молчал. На лице у него было тупое, бессмысленное выражение. Едва ли он имел, казалось, сознание о том, где он, что с ним делают. Смотритель повторил вопрос. Бушмен поднял на минуту глаза и опустил опять.

Я давно слышал, что язык бушменов весь состоит из смеси гортанных звуков с прищелкиванием языка и потому недоступен для письменного выражения. Мне хотелось поверить это, и я просил заставить его сказать что-нибудь по-бушменски. «Как отец по-вашему?» – спросил смотритель. Бушмен поднял глаза, опустил и опять поднял, потом медленно раскрыл рот, показал бледно-красные челюсти, щелкнул языком и издал две гортанные ноты. «А мать?» – спросил смотритель. Бушмен опять щелкнул и издал две уже другие ноты. Вопросы продолжались. Ответы изменялись или в нотах, или в способе прищелкиванья. Совершенно звериный способ объясняться! «И это мой брат, ближний!» – думал я, болезненно наблюдая это какое-то недосозданное, жалкое существо. «Они, должно быть, совсем без смысла, – сказал я, – ум у них, кажется, вовсе не развит». – «Нельзя сказать, – отвечал смотритель, – они дики и нелюдимы, потому что живут в своих землянках посемейно, но они очень смышлены, особенно мастера слукавить и стащить что-нибудь. Кроме того, они славно ловят зверей, птиц и рыбу. Зверей они убивают ядовитыми стрелами. Вообще они проворны и отважны, но беспечны и не любят работы. Если им удастся приобрести несколько штук скота кражей, они едят без меры; дни и ночи проводят в этом; а когда всё съедят, туго подвяжут себе животы и сидят по неделям без пиши».
aquila

Московский ипподром






Collapse )




У меня возник вопрос, почему в Москве ипподром и в царское, и в советское время играл важную и заметную роль в жизни города, а в Петербурге, имперской столице, ничего подобного не было? Ну кто теперь помнит, что свой ипподром в Петербурге на самом деле был – в Семенцах, на месте нынешнего ТЮЗа. Но построен он был поздно – только в 1880-м году, сильно пострадал в годы блокады, и его развалины были окончательно снесены в 50-х годах. При этом памяти о себе он практически никакой не оставил – я не могу вспомнить ни одного его упоминания в литературных сочинениях. Даже самая знаменитая сцена скачек в русской литературе, в которой Вронский загоняет свою Фру-фру, происходит не в Петербурге, а в Красном Селе, где летом стояла лагерями гвардия.
aquila

Енох-Метатрон и Илия-Сандальфон

Вероятно, самым ранним источником, упоминающим великого ангела Сандальфона, является талмудический трактат «Хагига» («Праздник»). В нём рабби Элазар, комментируя фразу из Книги пророка Иезекииля «И вот, на земле подле этих животных одно колесо (синод.: по одному колесу)» (Иез. 1, 15), заявляет, что это колесо есть «один ангел, который стоит на земле, а его голова достигает животных». Далее он уточняет: «Его имя Сандальфон… он стоит позади Колесницы и плетёт венцы для своего творца» (Хагига 13b, 4).

Имя Сандальфона часто упоминается в текстах «Хейхалот». Уже в сочинениях Хасидей Ашкеназ в XII-XIII вв. он отождествляется с пророком Илией. Подобное отождествление встречается также в сочинениях сафедских каббалистов, в т.ч. у Моше Кордоверо в «Пардес риммоним» («Сад гранатовых деревьев») и у Менахема Азарии да Фано в «Канфей йона» («Крылья голубя»). Обе эти традиции продолжают ашкеназские каббалисты XVII в. – Нафтали Бахрах в «Эмек ха-мелех» («Глубина царя») и Натан Шпира в «Мегале амукот» («Открыватель тайн»).

В последнем сочинении Сандальфон является обожествлённым Илией, как Метатрон является обожествлённым Енохом, и оба эти великие ангела отождествляются с керувами: «Что касается двух керувов на тверди [см. Ез. 10], он сказал о первом: Он – твой слуга Метатрон, который есть слуга верный; а о втором он сказал: твоё величие [gdlk = 57], что означает сын [hbn = 57], ибо по гематрии Илия [’lyhw = 52] есть сын [bn = 52]»[1].

Метатрон и Сандальфон отвечают за оргазмические секреции Шхины и обеспечивают её благополучное совокупление с Яхве: «Святой, да будет он благословен, поставил двух керувов: Метатрона в мире Творения и Сандальфона в мире Делания. Когда внизу есть женские воды, эти два керува возбуждаются (mt‘wrryn), и мир зависит от них, в противном случае он не мог бы устоять. И это тайна стиха: “Вспомни щедроты твои, Яхве” (Пс. 24, 6), что означает Сандальфона, и “милости твои” (там же), что означает Метатрона. […] Ибо Илия – в Сандальфоне, а Енох – в Метатроне, и они возносят (m‘wrryn) женские воды наверх»[2].

Натан Шпира отождествляет двух великих ангелов с обувью на ногах божественного тела, а обряд снятия обуви в знак отказа от левиратного брака (Втор. 25, 9) толкует как подготовку к божественному совокуплению: «Сапог (mn‘l) и сандалия (sndl) суть тайна Метатрона и Сандальфона: один есть сапог, а другой – сандалия. И тайна снятия (ḥaliṣa) есть снятие [сапога] с мира Делания, где зло преобладает над добром, а тайна сапога есть мир Творения, где зла и добра поровну»[3].

В другом месте тот же автор утверждает, что левиратный брак между собой заключают Метатрон, представляющий Яхве (Зеир анпина), и Сандальфон, представляющий Шхину (Матрониту): «В течение шести дней в неделю миром правят эти два керува – сапог и сандалия, как говорит писание: “Ангелы Божии” (Быт. 28, 12), которые суть шесть дней недели. […] В отношении Метатрона он [Иаков] сказал: “Это врата небесные” (Быт. 28, 17), потому что Зеир пребывает (mqnn) в Метатроне, а Матронита пребывает в Сандальфоне, как говорит писание: “дом Божий” (Быт. 28, 17)»[4].

Подобная точка зрения выражается уже в некоторых лурианских сочинениях XVI в.: «Метатрон называется сапогом, ибо он есть одеяние Зеира в виде сапога. […] Это есть тайна левиратного брака (yybwm), брака (zwwg) Метатрона, ибо, когда мы говорим, не дай бог, о смерти в вышних, это есть сокрытие света, когда он (т.е. Зеир анпин) облекается в Метатрона, который есть князь лика. Он есть тот, который вступает в левиратный брак с Сандальфоном (whw’ hmyybm ‘"y zywwgw bsndlpwn)» (MS Vatican 569, fols 61b-62a)[5]; «Тайна этого в том, что, когда, не дай бог, в вышних есть недостаток, и Зеир не совокупляется со своей Женой (nwqbyh) в мире Эманации (’ṣylwt), он спускается вниз, в мир Творения (yṣyrh), пребывает (mqnn) в Метатроне и облекается (mtlbš) в него, и через него совершает совокупление с Женой (w‘l ydw n‘śh hzwwg bnqbh)» (Шаар ха-песуким)[6].





[1] Цит. по: Agata Paluch. The Enoch-Metatron Tradition in the Kabbalah of Nathan Neta Shapira of Krakow. L., 2013. P. 62.
[2] Ibid. P. 167.
[3] Ibid. P. 157-158.
[4] Ibid. P. 165.
[5] Ibid. P. 160.
[6] Ibid. P. 161, ftn. 373.