aquilaaquilonis (aquilaaquilonis) wrote,
aquilaaquilonis
aquilaaquilonis

Categories:

Память об арийском господстве над Ханааном в Еврейской Библии

В Еврейской Библии несколько раз упоминаются загадочные существа, именуемые «нефилимами» (евр. nəp̄ilim), название которых обычно выводится из глагола nap̄al «падать». Синодальная Библия именует их «исполинами». Впервые о них говорится при описании допотопных времён: «Когда люди начали умножаться на земле и родились у них дочери, тогда сыны божии увидели дочерей человеческих, что они красивы, и брали их себе в жёны, какую кто избрал… В то время были на земле исполины (hannəp̄ilim), с того времени, как сыны божии стали входить к дочерям человеческим, и они стали рождать им: это воители (haggibborim), издревле славные люди (me‘olam anše haššem)» (Быт. 6, 1-2, 4). Из этого отрывка следует, что нефилимы были отпрысками богов и человеческих женщин и славились воинскими подвигами.

По смыслу библейского рассказа о потопе, нефилимы должны были погибнуть в водах вместе со всем человечеством кроме семьи Ноя, однако мы вновь слышим о них в рассказе отправленных Моисеем в Ханаан соглядатаев: «Там видели мы и исполинов (hannəp̄ilim), сынов Енаковых (bəne ‘anaq), от [рода] исполинов (min-hannəp̄ilim); и мы были в глазах наших пред ними, как саранча, такими же были мы и в глазах их» (Числ. 13, 34). Из этого отрывка следует, что нефилимов отличал огромный рост. Что касается мифа о потопе, то он был заимствован иудейским жречеством из Вавилонии в VI в. до н.э., а ранее этого времени евреям не был известен. Появление нефилимов в Числ. 13, 34 следует ранней версии еврейской истории, в которой потопа ещё не было.

Вышеприведёнными тремя случаями ограничиваются определённые упоминания о нефилимах в Еврейской Библии. Однако при внимательном чтении этот список может быть расширен. В 32-й главе Книги пророка Иезекииля Яхве устами пророка предсказывает Египту разгром, а фараону – гибель от руки вавилонского царя Навуходоносора (отметим, что в реальной истории ничего подобного не случилось). Говоря о египетских воинах, Иезекииль заявляет: «Не должны ли и они лежать с павшими воителями (gibborim nop̄əlim) необрезанными, которые с воинским оружием своим сошли в Шеол и мечи свои положили себе под головы, и осталось беззаконие их на костях их, потому что они, как воители (gibborim), были ужасом на земле живых» (Иез. 32, 27).

По всей видимости, образ «павших» (nop̄əlim) у Иезекииля навеян образом нефилимов (nəp̄ilim). В числе «павших воителей» иудейский пророк упоминает Ассур (Иез. 32, 22-23), Элам (Иез. 32, 24), Мешех и Фувал (Иез. 32, 26), Эдом (Иез. 32, 29) и «князей Севера и сидонян» (Иез. 32, 30), т.е. государства VII-VI вв. до н.э., однако в основе его пророчества лежат более древние представления. Огласовка nop̄əlim (действительное причастие глагола nap̄al во множественном числе), а не nəp̄ilim (при условии, что она восходит к самому Иезекиилю), обусловлена тем, что автор текста напрямую связывает это слово с глаголом «падать» (nap̄al): египтяне будет низвергнуты в преисподнюю (’ereṣ taḥtiyyot) и «падут (yippolu < yinpolu) среди убитых мечом» (20), где лежат ассирийцы и эламитяне, «павшие (hannop̄əlim) от меча» (Иез. 32, 23-24).

Масоретский текст (и следующий ему синодальный перевод) Иез. 32, 27, по всей видимости, неисправны. Септуагинта (и следующий ей церковнославянский перевод) могут отражать первоначальный текст точнее: «И оуспоша со исполины падшими от века, иже снидоша во адъ во оружии воинстемъ и положиша мечы своя под главы своя, и быша беззакония ихъ на костехъ ихъ, яко устрашиша всехъ во житии своемъ, и страхъ сильнымъ быша на земли живущымъ» (καὶ ἐκοιμήθησαν μετὰ τῶν γιγάντων τῶν πεπτωκότων ἀπ’ αἰῶνος, οἳ κατέβησαν εἰς ᾅδου ἐν ὅπλοις πολεμικοῖς καὶ ἔθηκαν τὰς μαχαίρας αὐτῶν ὑπὸ τὰς κεφαλὰς αὐτῶν· καὶ ἐγενήθησαν αἱ ἀνομίαι αὐτῶν ἐπὶ τῶν ὀστέων αὐτῶν, ὅτι ἐξεφόβησαν γίγαντας ἐν γῇ ζωῆς).

Судя по греческому ἀπ’ αἰῶνος, вместо масоретского m‘rlym («из необрезанных») в первоначальном тексте значилось m‘wlm («от века»), т.е. это высказывание Иезекииля навеяно фразой Книги Бытия о нефилимах как «воителях, издревле славных людях» (Септуагинта: ἐκεῖνοι ἦσαν οἱ γίγαντες οἱ ἀπ᾿ αἰῶνος, οἱ ἄνθρωποι οἱ ὀνομαστοί) (Быт. 6, 4). Данное предположение подтверждает отрывок Иез. 32, 21, который в синодальном переводе гласит: «Среди преисподней (šə’ol) будут говорить о нём и о союзниках его первые из героев; они пали и лежат там между необрезанными, сражённые мечом». Выражение, которое Синодальная Библия переводит как «первые из героев», в масоретском тексте звучит как ’ele gibborim – «боги [из] воителей». Таким образом, «павшие воители» Иезекииля имеют божественное происхождение, как и нефилимы в Быт. 6, 1-2, 4.

Сравнение Быт. 6, 1-2, 4 и Иез. 32, 17-32 выявляет ряд сходств – в обоих отрывках герои называются «воителями» (gibborim) и «нефилимами» или «павшими» (nplym) и им приписываются божественное происхождение и древность (me‘olam – «от века»), а также известность, имеющая форму славы (šem) или вселяемого в обитателей земли ужаса (ḥittit). На этом основании можно заключить, что иудейский пророк в своём пророчестве вдохновляется образом нефилимов Книги Бытия. У Иезекииля они лежат на почётном месте в центре Шеол, положив свои мечи себе под головы и накрывшись своими щитами (если принять предлагаемое правдоподобное исправление масоретского ‘wntm «их беззакония» на ṣntm «их щиты»).

Как и в случае с Иез. 32, 27, масоретский текст Иез. 32, 21 представляется испорченным в сравнении с текстом Септуагинты и церковнославянского перевода: «И рекутъ ти исполини: во глубине пропасти буди, кого лучши еси ты; сниди и лязи съ необрезанными среде язвеныхъ мечемъ» (καὶ ἐροῦσί σοι οἱ γίγαντες· ἐν βάθει βόθρου γίνου, τίνος κρείττων εἶ; κατάβηθι καὶ κοιμήθητι μετὰ ἀπεριτμήτων ἐν μέσῳ τραυματιῶν μαχαίρας). Согласно этому варианту, «боги [из] воителей» приветствуют нисходящего в Шеол фараона. Данная сцена пробуждает в памяти отрывок из песни пророка Исайи на смерть ассирийского царя Саргона II, погибшего в 705 г. до н.э. во время похода против киммерийцев: «Шеол снизу устремилась к тебе, чтобы встретить тебя при входе твоём; пробудил(а) для тебя рефаимов, всех вождей земли; поднял(а) с престолов их всех царей племён. Все они ответят и скажут тебе: и ты сделался бессильным, как мы! и ты стал подобен нам! В Шеол низведена гордость твоя [и] шум гуслей твоих; под тобою подстилается червь, и вермие – покров твой» (Ис. 14, 9-11).

В обоих случаях погибшего иноземного царя (у Иезекииля – египетского, а Исайи – ассирийского) встречают высокопоставленные обитатели загробного мира. По всей видимости, мы имеем дело с одним и тем же сюжетом, и в таком случае нефилимы Иезекииля тождественны рефаимам Исайи. Подобное отождествление подтверждается и другими данными. Рефаимы вновь упоминаются Книгой пророка Исайи в отрывке, условно именуемом «Апокалипсисом Исайи» (главы 28-33), который исследователи склонны датировать временем Маккавейской войны (160-е гг. до н.э.): «Мы были беременны, мучились, но рождали как бы ветер, спасения не соделали земле, и жители круга земного не исторгались (yippelu < yinpelu). Оживут мёртвые твои, тела их восстанут! Пробудятся и возликуют обитатели праха, ибо роса светов – роса твоя, и земля исторгнет (tappil < tanpil) рефаимов» (Ис. 26, 18-19).

Помимо значения «падать», глагол nap̄al в библейском еврейском языке имеет значение «исторгать» и «рожать» (неестественным способом), и производным от него в этом значении является существительное nep̄el «выкидыш» (Пс. 57, 9; Иов. 3, 16; Еккл. 6, 3). Употребление автором «Апокалипсиса Исайи» этого глагола в его редком значении применительно к рефаимам предполагает, что он отождествлял их с нефилимами и производил название последних от глагола «исторгать», как Иезекииль в рассмотренном выше отрывке производил его от глагола «падать».

Тождество нефилимов и рефаимов следует также из библейской традиции о доеврейских жителях Ханаана. Выше уже приводилось сообщение соглядатаев, посланных Моисеем разведать обстановку в «земле обетованной»: «Там видели мы и исполинов (hannəp̄ilim), сынов Енаковых (bəne ‘anaq), от [рода] исполинов (min-hannəp̄ilim); и мы были в глазах наших пред ними, как саранча, такими же были мы и в глазах их» (Числ. 13, 34). В Книге Второзакония о Моаве говорится, что «прежде жили там емимы, народ великий, многочисленный и высокий, как сыны Енаковы (ka‘anaqim), и они считались между рефаимами как сыны Енаковы (ka‘anaqim); моавитяне же называют их емимами» (Втор. 2, 9-11), а об Аммоне – что эта земля «считалась землёю рефаимов; прежде жили на ней рефаимы; аммонитяне же называют их замзумимами; народ великий, многочисленный и высокий, как сыны Енаковы (ka‘anaqim)» (Втор. 2, 19-21). Поскольку емимы и замзумимы, являющиеся рефаимами, сопоставляются с «сынами Енаковыми», являющимися нефилимами, нефилимов можно признать другим именем рефаимов. Заметим, что в Септуагинте оба эти термина переводятся одинаково словом γίγαντες.

Как и нефилимы, рефаимы (упоминающиеся в Еврейской Библии 25 раз) выступают в нескольких образах. Во-первых, как в только что процитированных отрывках, ими называются определённые группы доеврейского населения Ханаана. Память о них сохранилась, среди прочего, в названии Долины рефаимов, располагавшейся к западу от Иерусалима: «предел [колена Иудина] идёт вверх к Долине сына Енномова с южной стороны Иевуса, который Иерусалим, и восходит предел на вершину горы, которая к западу против Долины Енномовой, которая на краю Долины рефаимов к северу» (Нав. 15, 8; см. тж. Нав. 18, 16; 2 Цар. 5, 18-25; 2 Цар. 23, 13).

Во-вторых, этим термином обозначается особая разновидность обитателей потустороннего мира. В текстах, использующих поэтический параллелизм, слово «рефаимы» может служить синонимом слова «мёртвые»: «Мёртвые не оживут, рефаимы не встанут» (Ис. 26, 14); «Разве над мёртвыми ты сотворишь чудо? Разве рефаимы встанут и будут славить тебя?» (Пс. 87, 11). Рефаимы могут также представлять обитателей загробного мира в целом: «Рефаимы трепещут под водами и живущие (или живущими?) в них. Шеол обнажён пред ним, и нет покрывала Аваддону» (Иов. 26, 5-6); «Дом её ведёт к смерти, и стези её – к рефаимам» (Притч. 2, 18); «И он не знает, что рефаимы там, и что в глубинах Шеола зазванные ею» (Притч. 9, 18); «Человек, сбившийся с пути разума, упокоится в собрании рефаимов» (Притч. 21, 16).

Однако в цитировавшейся выше песни пророка Исайи о нисхождении в загробный мир ассирийского царя Саргона II рефаимами именуются «вожди земли» и «цари народов». По всей вероятности, именно это элитное значение было присуще потусторонним рефаимам изначально. Только позднее как наиболее индивидуализированная группа обитателей в общем безличного еврейского Шеола они стали представлять его в целом. Таким образом, библейские тексты говорят о рефаимах как о легендарном народе воинов-исполинов, населявшем Ханаан в древности, последние представители которого дожили до прихода евреев; ныне они обитают среди духов умерших в Шеоле. Теперь рассмотрим сведения о рефаимах, содержащиеся в угаритских источниках, которые более ценны уже тем, что древнее еврейских по меньшей мере на полтысячелетия.

Угаритское слово rp’um (рефаимы) обычно вокализуется как причастие rāpi’ūma и истолковывается как «целители». Проблема данной интерпретации заключается в том, что ни в одном угаритском (как и еврейском) тексте рефаимы никак не связываются с целительством. По этой причине, если данное слово действительно происходит от корня rp’ со значением «здоровье», угаритское rp’um правильнее вокализовать как статив rapi’ūma и понимать как «здоровые, крепкие, сильные». В качестве альтернативной этимологии можно предположить родственную связь с корнем аккадского слова rabā’um («быть большим, великим») и производных от него rabi’um («вождь, глава») и ruba’um («князь»). В таком случае изначальный смысл слова «рефаимы» – «вожди» или «князья», что вполне соответствует их образу в угаритских источниках.

Рефаимы упоминаются в нескольких текстах из Угарита, вероятно, в качестве древних героев, которые после своего нисхождения в загробный мир стали богами. Наиболее примечательные из подобных упоминаний содержатся в так называемых «Текстах рефаимов» (KTU 1.20, KTU 1.21, KTU 1.22), которые представляют собой обломки трёх табличек, содержащие отрывки, по-видимому, одного и того же повествования. В нём верховный ханаанейский бог Эл приглашает рефаимов к себе на пир. Они запрягают коней (’asr sswm ṭsmd), поднимаются на свои колесницы (t‘ln lmrkbthm) и отправляются в путь. Прибыв на гумно Эла, рефаимы едят и пьют там семь дней вместе с богами, после чего текст обрывается. Это повестсование именует рефаимов также «богами» (’ilm), «божествами» (’ilnym), «мёртвыми» (mtm), «ушедшими» (‘brm), «витязями» (ġzrm), «царями» (mlkm), «князьями» (srnm), «рефаимами Ваала, воинами Ваала, воинами Анат» (rp’u b‘l mhr b‘l mhr ‘nt) и «войском князя, царя древнего» (ḥyly zbl mlk ‘llmy).

Другой важный угаритский текст, упоминающий рефаимов (KTU 1.161), посвящён обряду похорон царя Угарита Никмадду III (ок. 1225-1215 гг. до н.э.) и восшествия на престол его наследника Аммурапи. Он включает следующие строки: «Вы позвали рефаимов земли, вы приказали собранию дидану, позовите рефаима ulkn, позовите рефаима trmn […] Вы зовёте древних рефаимов, вы позвали рефаимов земли, вы приказали собранию дидану, позовите царя Аммиштамру, позовите царя Никмадду […] Внизу древние рефаимы, внизу царь Аммиштамру, внизу царь Никмадду» (qritm.rpi.a[rṣ] | qbitm.qbṣ.d[dn] | qra.ulkn.rp[a] | qra.trmn.rp[a] […] qru.rpim.qdmym | qritm.rpi.arṣ | qbitm.qbṣ.ddn | qra.‘mṯtmr.mlk | qra.u.nqmd.mlk […] tḥt.rpim.qdmym | tḥt.‘mṯtmr.mlk | tḥt.u.nq[md].mlk).

По всей видимости, дидану – это аморейское племя (из которого вышла царская династия Угарита?), а «собрание дидану» – воинская корпорация, находившаяся на службе у угаритских царей. «Рефаимы земли» могли быть ещё одной такой корпорацией, члены которой после смерти причислялись к «древним рефаимам» и оказывались «внизу», вместе с покойными царями Угарита. То, что «рефаимы земли» и «собрание дидану» означали живых царских приближённых, подтверждается угаритским эпическим повествованием о Керете (KTU 1.15), в котором бог Эл благословляет Керета и обещает ему многочисленное потомство: «Весьма высок [будет] Керет среди рефаимов земли, в совете собрания дидану» (III.2-4, 13-15). В контексте благословления и обещания потомства предсказание высокого положения среди духов умерших вряд ли было бы уместным.

Помимо мифологических, дидану и рефаимы упоминаются также в экономических текстах из Угарита (4.69:I:1, II:9). Из них следует, что «сыны дидану» (bn ddn) использовались в качестве колесничных бойцов-марья (mrynm) в войске Угарита и получали из царской сокровищницы плату за свои воинские услуги (4.232:8,33). В таком же качестве в Угарите использовались и «сыны рефаимов» (bn rp’iyn). Отсюда окончательно становится ясно, что в Угарите рефаимы представляли собой колесничную дружину, приближённую к особе царя, а после смерти сохраняли это своё привилегированное положение и в загробном мире (именно в качестве потусторонней колесничной дружины они изображены в «Текстах рефаимов»).

Из совокупных свидетельств еврейских и угаритских текстов складывается образ рефаимов как воинственного народа, населявшего Ханаан в эпоху позднего бронзового века, тесно связанного с конями и колесницами, сошедшего со страниц истории в начале железного века (XII-XI вв. до н.э.), но оставившего неизгладимый след в памяти местных семитов. Таким народом могли быть только митаннийские арии, в XVII в. до н.э. вторгшиеся на колесницах в Левант и создавшие там свои царства, просуществовавшие несколько столетий. Показательно, что наиболее яркие рассказы Еврейской Библии о рефаимах относятся к Башану и Гату, и именно в этих областях Амарнская переписка упоминает правителей с арийскими именами (царя Башана Артаманью, царя Гата Сувардату и др.).

В эпоху Израильского царства Башан (в синодальном переводе – Васан) принадлежал половине колена Манассиина, а его владельцами до еврейского завоевания считались рефаимы: «Весь Васан называется землёю рефаимов» (ləḵol habbašan hahu’ yiqqare’ ’ereṣ rəp̄a’im) (Втор. 3, 13) (в Синодальной Библии слова «называется землёю рефаимов» отсутствуют). Последним доизраильским правителем этой области был «Ог, царь Васанский, из остатка рефаимов (miyyeter harəp̄a’im), сидевший в Астарофе и в Едреи, владевший горою Ермоном и Салхою и всем Васаном» (Нав. 12, 4-5); «Выступил против нас на войну Ог, царь Васанский, со всем народом своим… И предал Яхве, бог наш, в руки наши и Ога, царя Васанского, и весь народ его; и мы поразили его, так что никого не осталось у него в живых… Только Ог, царь Васанский, оставался из последних рефаимов. Вот, одр его, одр железный, и теперь в Равве, у сынов Аммоновых: длина его девять локтей, а ширина его четыре локтя, локтей мужеских» (Втор. 3, 1-11).

Один из угаритских текстов описывает пир Рапиу – вероятно, эпонимного главы рефаимов: «Вот, пьёт Рапиу, царь древний, пьёт бог могучий и знатный, бог, сидящий в Астарофе, бог, судящий в Едреи, который поёт и воспевает» ([hl]n yšt rp’u mlk ‘lm | wyšt [’il] gṯr wyqr | ’il yṯb b‘ṯtrt | ’il ṯpṭ bhdr‘y | dyšr wyḏmr) (KTU, 1.108.1-3). Примечательно, что здесь местом обитания Рапиу называются те же самые башанские города Астароф и Едреи (современные сирийские Тель-Аштара и Дераа), в которые Еврейская Библия помещает последнего рефаимского царя Ога. Очевидно, что угаритские и еврейские источники отражают одну и ту же традицию, считающую Башан местом обитания рефаимов.

В последний раз Еврейская Библия упоминает рефаимов при описании войны Давида против филистимлян в Гате (в синодальном переводе – Геф): «Иесвий, один из потомков рефаимов (yəlide ha-rap̄ah), у которого копьё было весом в триста сиклей меди и который опоясан был новым мечом, хотел поразить Давида… Совохай Хушатянин убил Сафута, одного из потомков рефаимов… Убил Елханан, сын Ягаре-Оргима Вифлеемского, Голиафа Гефянина, у которого древко копья было, как навой у ткачей. Было ещё сражение в Гефе; и был там один человек рослый, имевший по шести пальцев на руках и на ногах, всего двадцать четыре, также из потомков рефаимов… Эти четыре были из рода рефаимов в Гефе» (2 Цар. 21, 16-22). В данном случае корень слова, переводимого как «рефаимы», имеет вид rph, а не rp’, однако при описании тех же событий в 1 Пар. 20, 4-8 используется корень rp’. На этом основании можно предположить, что первоначально он присутствовал и в 2 Цар. 21, 16-22, но позднее был полемически заменён на корень rph со значением «быть слабым».

Однако предания о рефаимах – не единственное воспоминание об арийском прошлом Леванта, сохранённое Еврейской Библией. Уже давно внимание исследователей доеврейского Ханаана привлекает отражённая в исторических книгах ЕБ традиция о предыстории Иерусалимского храма. В наказание за проведение царём Давидом переписи Израиля Яхве отправляет своего посланца истребить население Иерусалима: «И простёр посланец руку свою на Иерусалим, чтобы истребить его; но Яхве пожалел о зле и сказал посланцу, истреблявшему народ: довольно, теперь опусти руку твою. Посланец же Яхве был тогда у гумна Орны Иевусеянина… И пришёл в тот день Гад к Давиду и сказал: иди, поставь жертвенник Яхве на гумне Орны Иевусеянина» (2 Цар. 24, 16, 18 ).

Другой вариант того же рассказа содержится в 1-й книге Паралипоменон: «И послал бог посланца в Иерусалим, чтобы истреблять его. И когда он начал истреблять, увидел Яхве и пожалел о зле, и сказал посланцу-истребителю: довольно! теперь опусти руку твою. Посланец же Яхве стоял над гумном Орны Иевусеянина» (1 Пар. 21, 15). Далее сообщается, что именно на этом месте позднее был построен храм Яхве: «И начал Соломон строить дом Яхве в Иерусалиме на горе Мориа, которая указана была Давиду, отцу его, на месте, которое приготовил Давид, на гумне Орны Иевусеянина» (2 Пар. 3, 1).

Иевусеянами Еврейская Библия называет народ, которому до завоевания евреями принадлежал Иерусалим, т.е. «гумно (goren) Орны» традиция связывает с доеврейским населением Ханаана. Его место, позднее известное как Храмовая гора, представляет собой возвышенность, на которой гораздо естественнее было бы расположение святилища, чем гумна. Вспомним уже упоминавшиеся выше угаритские «Тексты рефаимов». В них Эл приглашает рефаимов для обрядового пира с богами именно к себе на гумно (grnt), которое также именуется его «домом», «дворцом» и «местом» (’aṯr – обычное в Угарите обозначение храма), из чего следует, что гумном в Ханаане бронзового века могло именоваться святилище. Если «гумно Орны» было таким святилищем, становится понятным и его нахождение на вершине горы, где позднее расположился еврейский храм, и то, что именно на этом месте остановился посланец Яхве. Вспомним также о Долине рефаимов к западу от Иерусалима, о существовании которой в древности упоминает ЕБ.

Имя «владельца» гумна церковнославянский и русский синодальный переводы передают как Орна, следуя в этом греческому тексту Септуагинты. В еврейском тексте 2 Цар. оно выглядит как h’wrnh с вариантами огласовки ha’arawnah и ha’awarnah. В 1 и 2 Пар. оно передаётся как ’arnan. Примечательно сходство разных вариантов этого имени с именем арийского бога Варуны. В упоминавшемся договоре между хеттским царём Суппилулиумой I и митаннийским царевичем Шаттивазой оно отражено в клинописной форме как A-ru-na- и Ú-ru-wa-na-. Учитывая неизбежное искажение при иноязычной передаче, в основе имени «владельца» гумна на будущей Храмовой горе в Иерусалиме вполне может лежать имя бога Варуны. Митаннийские арии чтили этого бога, так что естественно предположить его культ и у их ханаанейских родичей. Амарнская переписка называет царём Иерусалима Абди-Хепата, вероятно, имевшего арийско-хурритское происхождение. Таким образом, достаточно правдоподобно предположение о том, что храм Яхве в Иерусалиме был построен на месте древнего арийского святилища Варуны.

Следы арийского влияния несёт на себе и образ самого Яхве. Еврейская Библия изображает его предводителем колесничного «великого воинства»: «колесниц богов (reḵeḇ ’elohim) тьмы, тысячи тысяч; среди них господь…» (Пс. 67, 18). Это воинство «бог Израилев» посылает, чтобы защитить пророка Елисея от сирийцев: «И открыл Яхве глаза слуге, и он увидел, и вот, гора наполнена конями и колесницами огненными (susim wəreḵeḇ ’eš) кругом Елисея» (4 Цар. 6, 17). То же воинство должно иметься в виду в рассказе о бегстве по слову пророка Елисея осаждавших Самарию сирийцев: «Господь сделал так, что стан Сирийский услышал звук колесниц (reḵeḇ), звук коней (sus), звук войска большого» (4 Цар. 7, 6).

В «Псалме Аввакума» Яхве в сопровождении богов Девера и Решефа поднимается на колесницу, вооружённый луком со стрелами и копьём, и отправляется в бой против своих врагов: «Бог от Фемана грядёт и cвятой – от горы Фаран… Перед лицом его идёт Девер, по стопам его – Решеф… Ты (т.е. Яхве) восшёл (tirkaḇ) на коней твоих, на колесницы (markəḇot) твои победные… Высоко руки свои воздело Солнце, Луна остановилась в вышине перед светом летающих стрел твоих, перед сиянием сверкающего копья твоего… Ты конями своими проложил путь по морю, пучине великих вод» (Авв. 3, 3-15). Как мы видим, Еврейская Библия изображает Яхве арийским военным вождём позднего бронзового века, мчащимся в бой на колеснице во главе младших божеств в образе колесничного войска дружинников-марья. Примечательно, что и само слово Израиль (Yiśra’el), означающее «Эл да правит!», впервые в истории встречается как личное имя в списке марья (угар. mrynm) царя Угарита.





Как видно из приведённых выше данных, господство митаннийских ариев над Ханааном конца бронзового века оставило заметные следы в памяти местных семитов. В Еврейской Библии такие следы включают, в числе прочего, предания о рефаимах или нефилимах – отпрысках богов, воинах исполинского роста, бывших славными в древности и вселявших ужас в обитателей земли, которые прежде владели Ханааном, а ныне занимают почётное место в загробном мире. В эпоху Второго храма такого рода предания послужили почвой для развития в иудаизме мифа о «падших ангелах».
Tags: Индоевропеистика, ККК
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments