aquilaaquilonis (aquilaaquilonis) wrote,
aquilaaquilonis
aquilaaquilonis

Category:

О происхождении серафимов

Христианское представление о серафимах как об одной из разновидностей ангелов, «горящих перед Богом», восходит к описанному в Книге пророка Исайи видению Яхве, восседающего на престоле в святая святых Иерусалимского храма. Однако присутствующие при нём существа, именуемые сарафами (слово «серафим» является множественным числом их имени), имеют с христианскими серафимами очень мало общего. Вот описание видения Исайи: «В год смерти царя Озии я видел моего господина (’adonay), сидящего на престоле высоком и превознесённом, и полы его одежды наполняли храм (heḵal). Над ним стояли сарафы (śərap̄im); у каждого из них по шести крыл: двумя закрывал своё лицо, двумя закрывал свои ноги, двумя летал. И они взывали друг к другу и говорили: свят, свят, свят Яхве Воинств! вся земля полна его славы (kaḇod)! И столбы дверей сотряслись от гласа восклицающих, и дом наполнился курениями. И я сказал: горе мне! погиб я! ибо я человек с нечистыми губами, и живу среди народа с нечистыми губами, – и мои глаза видели царя, Яхве Воинств. Тогда подлетел ко мне один из сарафов (śərap̄im), и в руке у него горящий уголь, который он взял клещами с жертвенника, и коснулся моего рта и сказал: вот, это коснулось твоих губ, и твоё беззаконие удалено, и твой грех искуплен» (Ис. 6, 1-7).

За пределами этого отрывка сарафы упоминаются в ЕБ ещё несколько раз, причём во всех этих случаях речь идёт об определённой разновидности змей. Общепризнано, что слово śarap̄ происходит от глагольного корня śrp с переходным значением «жечь» (но не «гореть»!), т.е. сараф – это змея, «жгущая» своим ядовитым укусом. Вполне возможно, что представление о сарафе возникло у евреев под влиянием образа египетского урея. Слово «урей» через греческое посредничество восходит к египетскому слову со значением «кобра». Изображения кобр традиционно украшали короны египетских царей и богов. Считалось, что кобра защищает носителя короны от врагов при помощи своего «огня» (яда), одним из названий урея в египетском языке было ʔḫt («пламя»). Сходство сарафов в видении Исайи с уреями усиливает то, что сарафы «стоят над ним» (Яхве), как бы венчая его. Изображения двух- и четырёхкрылых уреев широко представлены в искусстве Иудеи VIII в., т.е. времени Исайи.

Вернёмся к текстам ЕБ, упоминающим сарафов. В большинстве случаев местом их обитания называется южная пустыня. Так, в Книге Второзакония говорится, что Яхве провёл Израиля «по пустыне великой и страшной, где змея (naḥaš), сараф (śarap̄) и скорпион» (Втор. 8, 15).

Во время странствования по ней «Яхве послал на народ змеев-сарафов (nəḥašim śərap̄im), и они жалили народ, и умерло множество народа из Израиля. И пришёл народ к Моисею и сказал: согрешили мы, что говорили против Яхве и против тебя; помолись Яхве, чтоб он удалил от нас змеев (naḥaš). И помолился Моисей о народе. И сказал Яхве Моисею: сделай себе сарафа (śarap̄) и поставь его на столб, и всякий ужаленный, взглянув на него, останется жив. И сделал Моисей медного змея (naḥaš nəḥošet) и поставил его на столб, и когда змей (naḥaš) жалил человека, тот, взглянув на медного змея (nəḥaš ha-nəḥošet), оставался жив» (Числ. 21, 6-9).

Согласно послепленному девтерономическому утверждению, это изображение сарафа находилось в Иерусалимском храме до времён царя Езекии (кон. VIII в.), который, якобы, «разбил медного змея (nəḥaš ha-nəḥošet), которого сделал Моисей, потому что до самых тех дней сыны Израилевы кадили ему и называли его Нехуштан (т.е. Медный)» (4 Цар. 18, 4). Историчность самой реформы Езекии подвергается сомнению, но традиция о присутствии в Иерусалимском храме изваяния сарафа (видимо, как апотропеического символа, защищающего от укусов змей) выглядит вполне правдоподобной. Исторический Исайя как современник Езекии должен был быть прекрасно знаком с этим изваянием. Возможно, появление сарафов в его видении имеет полемический смысл и призвано утвердить их в качестве лишь служителей Яхве, но не предмета отдельного поклонения.

За пределами этого видения сараф ещё дважды упоминается у (Перво-)Исайи, причём оба раза в качестве крылатой змеи: «Не радуйся, вся земля Филистимская, что сокрушён жезл, который поражал тебя, ибо из корня змея (naḥaš) выйдет аспид (ṣep̄a‘), а плод его – летучий сараф (śarap̄)» (Ис. 14, 29); «Тяжесть на животных юга, в земле угнетения и тесноты, откуда львица и лев, аспид (’ep̄‘e) и летучий сараф (śarap̄)» (Ис. 30, 6). Сарафы видения Исайи несколько очеловечены – они имеют лица, руки и ноги, однако не приходится сомневаться, что они являются теми же самыми змееобразными существами, убивающими своим огненным ядом.
Tags: Религиозная история, Яхвизм
Subscribe

  • Маша Гессен

    Если вы не поняли, Маша Гессен требует чтобы к ней применяли местоимение they, что Википедия и делает. )))

  • Чё-то ржу

    Маша Гессен в «Нью-Йорк Таймс»: “Yevgenia Albats, a Russian investigative journalist and a close friend of the Navalny family’s, told me…

  • Из поэтических откликов на смерть Достоевского

    Не могу не процитировать два стихотворения, приведённые в той же книге Игоря Волгина «Последний год Достоевского». Одно написано простым русским…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments