aquilaaquilonis (aquilaaquilonis) wrote,
aquilaaquilonis
aquilaaquilonis

Categories:

Игорь Петров и нацистская расовая теория

Игорь Петров написал очередной пост на тему «русские и нацистская расовая теория». Этому противоречивому автору нужно отдать должное по крайней мере в том, что он вводит в научный оборот малоизвестные документы из истории Третьего Рейха. Не знаю, по причине ли научной честности или душевной простоты г-на Петрова, но зачастую цитируемые им документы полностью опровергают его собственные мнения, которые он пытается этими документами обосновывать. Вот и в данном случае произошло то же самое.

Намереваясь опровергнуть утверждения своих оппонентов о том, что русские считались в Рейхе арийцами и их браки с немцами не запрещались, а значит, «теория унтерменшей к русским никак не относилась», г-н Петров цитирует государственные законы нацистской Германии и воспоминания Ивана Солоневича, из которых следует, что в Рейхе русские действительно наряду со всеми европейцами автоматически считались арийцами «родственной немцам крови» и единственное, что от них требовалось, – засвидетельствовать отсутствие у себя еврейских предков.

Однако г-н Петров утверждает, что отношение нацистов к русским решительно изменилось с началом войны, и в подтверждение цитирует распоряжение Гиммлера от 23 марта 1942 г., согласно которому прежняя категория «родственной крови» (artverwandtes Blut) была разделена на две категории: (1) немецкая и соплеменная (=германская) кровь (stammesgleiches Blut); (2) родственная иноплеменная кровь (nichtstammesgleiches Blut). Ко второй категории была отнесена «кровь всех негерманских европейских народов, т.е. всех славянских, романских, кельтских и балтийских». При этом народы, входившие во вторую категорию, в том числе и русский, продолжали считаться арийскими.

Далее г-н Петров цитирует «Предписания для остарбайтеров» от февраля 1942 г., справедливо указывая, что согласно им «за половые сношения с немецкими женщинами остарбайтерам-мужчинам грозила смертная казнь», при этом забывая указать, что та же смертная казнь грозила остарбайтерам-мужчинам за половые сношения с «другими иностранными рабочими или военнопленными». Т.е. полный текст этого предписания свидетельствует, что никакого отношения к вопросам крови оно не имеет, и здесь мы наблюдаем со стороны г-на Петрова случай так называемого выборочного цитирования, осуждаемого самим г-ном Петровым.

Далее г-н Петров цитирует письмо сотрудника Восточного министерства в ОКХ от марта 1944 г., в котором предлагается препятствовать размещению «представителей туземных добровольческих соединений» в немецких семьях во избежание возникновения связей между ними и немецкими женщинами. Какие именно «туземные соединения» имеются в виду, не сказано, и пока г-н Петров не докажет, что речь идёт о русских, а не, например, о калмыках или азербайджанцах, данный аргумент не имеет никакой силы (не говоря уже о том, что мы имеем дело лишь с выражением частного мнения мелкого чиновника).

Выводы, которые из всего этого делает г-н Петров, настолько странны, так противоречат исходным материалам и представляют собой такой замечательный пример словесной эквилибристики, натяжек и передёргиваний, что имеет смысл разобрать их подробнее:

До начала второй мировой нацистские расовые идеологи не были принципиально против браков немцев со славянами, если последние докажут отсутствие в своем роду еврейской крови.

Употребление слова «принципиально» призвано намекнуть, что непринципиально всё-таки были.

Возможно, это объясняется и тем, что статистически доля таких браков была крайне мала (между 1920 и 1937 г. число русских эмигрантов в Германии снизилось более, чем в 10 раз с 560000 до 45000).

Намекается, что причиной разрешения браков между русскими и немцами было малое количество русских, а не документально засвидетельствованное признание их «родственным по крови народом».

После начала второй мировой… были внесены поправки (фактически противоречащие изначальной расовой концепции), относящие славян, в первую очередь, русских и поляков…

В цитируемых г-ном Петровым документах военного времени русские вообще не упоминаются – упоминаются лишь поляки в распоряжении Гиммлера от 30.06.42, т.е. г-н Петров притягивает сюда русских совершенно произвольно. Более того – он ставит русских впереди поляков, намекая тем самым, что русские-то больше всего и дискриминировались, хотя на самом деле всё было совсем не так («Немец, называющий себя просителем, не был на Вейской редкостью. Часто они появлялись не одни, а с молодыми польками. Просили, умоляли признать их спутницу русской. На польке немец жениться не мог. Брак с русской эмигранткой разрешался». С. Войцеховский. «Трест»).

…к носителям «иноплеменной» крови…

И вновь случай выборочного цитирования. Не просто к «иноплеменной», а к «родственной иноплеменной», к которой с 1942 г. относились все негерманские европейские народы, которые при этом продолжали считаться арийскими.

…и предприняты практические шаги для «защиты немецкой крови» от «иноплеменного» влияния.

Никаких свидетельств о «защите немецкой крови» от «родственной иноплеменной крови» г-н Петров не привёл, если не считать распоряжения Гиммлера от 30.06.42 о запрете на половые сношения чинов СС и полиции с полячками.

В конечном счёте г-н Петров доказал то, что собирался опровергнуть: в Третьем Рейхе русские всегда законодательно признавались арийцами с той единственной разницей, что до 1942 г. они вместе со всеми европейскими народами классифицировались как «народ родственной крови», а после 1942 г. – вместе со всеми негерманскими европейскими народами как «народ родственной иноплеменной крови».
Tags: Русские и Третий Рейх
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments