aquilaaquilonis (aquilaaquilonis) wrote,
aquilaaquilonis
aquilaaquilonis

Categories:

«Продолжать и закончить наше дело»

85 лет назад погибла Мария Владиславовна Захарченко-Шульц.





Будущая «бабушка русского белого терроризма» родилась в 1893 г. в семье пензенского помещика, действительного статского советника Владислава Герасимовича Лысова. В 1911 г. она с золотой медалью окончила Смольный институт в Петербурге, после чего год училась в Лозанне. В 1913 г. Мария Лысова вышла замуж за капитана Семёновского полка Ивана Сергеевича Михно. Муж погиб в первые дни Великой войны, оставив Марию двадцатилетней вдовой с новорожденной дочерью. В начале 1915 г. при содействии Императорской семьи она добилась разрешения поступить вольноопределяющимся в 3-й Елизаветградский гусарский полк. За проявленное в боях мужество Мария Михно была награждена Георгиевскими крестами 3-й и 4-й степеней и произведена в унтер-офицеры. Февральская революция застала её полк на отдыхе в Бессарабии.





После роспуска полка в конце 1917 г. Мария Владиславовна вернулась домой в Пензенскую губернию, где организовала отряд самозащиты от революционного насилия и наладила переправку офицеров в белую армию. В это время она встретилась с уланским офицером Григорием Александровичем Захарченко, который весной 1918 г. стал её вторым мужем. Вместе супруги отправились на юг и вступили в ряды Добровольческой армии. В 1919-1920 гг. Мария Захарченко сражалась в составе полка, которым командовал её муж. Как и в годы Великой войны, она прославилась отчаянной храбростью и беспощадностью к врагам, получив прозвище «Бешеная Мария». Осенью 1920 г. Григорий Захарченко погиб, а сама Мария Владиславовна была тяжело ранена в боях под Каховкой и отморозила руки и ноги. Тем не менее ей удалось пробиться в Керчь и эвакуироваться на одном из последних врангелевских кораблей.

Оказавшись в Галлиполийском лагере, Мария Захарченко сошлась с бывшим лейб-егерем, капитаном Георгием Николаевичем Радковичем, который стал её третьим, гражданским, мужем. Одними из первых они вступили в Боевую организацию генерала Кутепова, ставившую своей целью продолжение вооружённой борьбы с большевизмом. Из Турции супруги перебралась в Югославию, потом во Францию.





В октябре 1923 г. по заданию Кутепова Захарченко с Радковичем под видом семейной пары по фамилии Шульц впервые нелегально пересекли советскую границу и посетили Петроград и Москву. Их целью было установление связей с группой монархистов во главе с бывшим действительным статским советником Александром Александровичем Якушевым. На самом деле Якушев ещё в 1921 г. был завербован чекистами, которые стали выдавать его за главу подпольной антисоветской организации «Трест». В течение нескольких последующих лет Якушеву удавалось блокировать вооружённую борьбу кутеповцев в России под предлогом того, что она может повредить «Тресту», который вот-вот сам возьмёт власть.

В апреле 1927 г. стало окончательно ясно, что «Трест» является чекистской провокацией. Всем боевикам РОВС, включая Марию Захарченко и Георгия Радковича, удалось ускользнуть из рук ОГПУ и выбраться за границу. Вслед за этим кутеповский Союз национальных террористов направил в СССР несколько боевых групп с целью совершения акций возмездия. Тройка во главе с капитаном Ларионовым устроила взрыв в партийном клубе в Ленинграде и благополучно вернулась в Финляндию. Тройку, направленную в Москву, возглавила Захарченко-Шульц. Во время прощания с Кутеповым на финско-советской границе её последними словами были: «Я прошу лишь об одном – в случае моей гибели продолжать и закончить наше дело».

Приехав в Москву, Мария Владиславовна первым делом отправилась на квартиру Якушева, чтобы убить его, но он в это время был в отъезде из столицы. В ночь с 3 на 4 июня её тройка, в которую также входили Юрий Петерс и Александр Стауниц-Опперпут, заминировала чекистское общежитие на Малой Лубянке. В нём была установлена мощная мелинитовая бомба с часовым механизмом, баллоны с отравляющим газом и зажигательные снаряды. В последнюю минуту охране общежития удалось предотвратить взрыв и дело ограничилось пожаром, который был быстро потушен.

Захарченко и Петерс, разделившись со Стауницем, направились к польской границе. Для их поимки были подняты части ОГПУ и РККА, а также мобилизовано гражданское население. 18 июня Мария Владиславовна и её спутник были застигнуты сотрудниками ОГПУ у станции Дретунь под Полоцком. Чтобы не попасть в плен, они покончили жизнь самоубийством. Один из свидетелей описывал это так: «На противоположной опушке леса, в интервале между мишенями, стоят рядом мужчина и женщина, в руках у них по револьверу. Они поднимают револьверы кверху. Женщина обращается к нам, кричит: – За Россию! – и стреляет себе в висок. Мужчина тоже стреляет, но в рот. Оба падают».

Георгий Радкович погиб в следующем году – 6 июля 1928 г. он бросил бомбу в бюро пропусков ОГПУ в Москве, во время отступления был в районе Подольска окружён чекистами и застрелился.

Так стяжали себе мученические венцы Мария Захарченко-Шульц и её соратники по Союзу национальных террористов. Посмотрим теперь, как закончили свою жизнь их враги.

Александр Александрович Якушев, главная «подсадная утка» в операции «Трест», был в 1929 г. арестован ОГПУ за «участие в контрреволюционной организации», в 1934 г. приговорён к десятилетнему заключению по обвинению в шпионаже, умер в Соловецком концлагере в 1937 г. Проведя восемь последних лет своей жизни на тюремной шконке, сибарит, любитель вкусной еды, редких вин и красивых женщин Якушев успел в полную меру насладиться благодарностью большевиков.

Из основных чекистских кураторов операции «Трест» товарищи Сергей Васильевич Пузицкий, Роман Александрович Пилляр и Владимир Андреевич Стырне были расстреляны в 1937 г. за принадлежность к троцкистско-зиновьевскому блоку и работу на множество иностранных разведок.

Этой участи не избежал и Артур Христианович Артузов – начальник Контрразведывательного отдела ОГПУ в 1922-1930 гг., главный вдохновитель операции «Трест» – товарищи-чекисты пришли за ним 13 мая 1937 г. Согласно тексту обвинительного заключения, Артузов был арестован как активный участник заговорщической группы, существовавшей в органах НКВД во главе с его бывшим наркомом Генрихом Ягодой. Кроме того, Артузов обвинялся в том, что работал одновременно на немецкую, французскую, английскую и польскую разведки.

Поначалу, как водится, Артур Христианович пытался доказать, что в его личном случае произошла чудовищная ошибка. В материалах дела сохранился обрывок записки, написанной им на тюремной квитанции кровью из носа. Записка начинается со слов: «Гражданину следователю. Привожу доказательства, что я не шпион». Однако в органах, созданию которых товарищ Артузов отдал так много сил, умели добиваться показаний. Записка датирована 17 мая, а 22 мая, истекая кровью, слезами и мочой, легендарный чекист уже подписывал все выдвинутые против него обвинения.

Товарищ Артузов, о котором товарищ Дзержинский говорил, что он «честнейший товарищ и я ему не могу не верить как себе», был 21 августа 1937 г. расстрелян на полигоне НКВД «Коммунарка» за «сочувствие троцкизму, организацию антисоветского заговора в НКВД и РККА и подготовку терактов».

Каждому своё.
Tags: Белое дело, Белый террор, Жизнь Замечательных Людей, Русские подвижники, Русско-советская война, Смерть Замечательных Людей
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 18 comments