August 13th, 2010

aquila

Забавный евреец

Версия о зачатии Марии от духа не могла возникнуть в ивритоязычной или в арамееязычной среде. Дело в том что Дух – на иврите и на арамейском женского рода. Поэтому например в Евангелии евреев говориться: «Дух святой – матерь моя». Ко времени написания евангелия Филиппа уже появилась версия о непорочном зачатии. Филипп критикуя его говорит: «Некоторые говорили, что Мария зачала от духа святого. Они заблуждаються... Когда бывало чтобы женщина зачала он женщины?», имея ввиду женский род слова Дух в иврите и арамейском. Ясно отсюда, что версия непорочного зачатия от духа возникла в грекоязычной среде на более позднем этапе.

По-гречески слово «дух» (πνεύμα) среднего рода. Однако это не помешало появлению у греков веры в непорочное зачатие от духа. Потому что греки, во-первых, были достаточно умны чтобы не отождествлять род слова с половой принадлежностью обозначаемого им явления, а во-вторых, четко отличали телесное от духовного. А по этому еврейцу выходит, что еврейское слово женского рода «дух» (רוּחַ) означает существо женского пола, имеющее тело со всеми первичными и вторичными половыми признаками. И на самом деле это близко к тому, во что действительно верили иудеи до того, как попали под арийское религиозное влияние.
aquila

Чуркобес откровенничает

Золотая Орда, Российская Империя, СССР, и что-то дальше...
Предлагаю посмотреть на Россию по новому.
А может, не стоит ее бояться?
Все, как и было обетовано. Самой природой приливов и отливов. Гигантские колебания, которые устраивает история на берегу вечности. Сейчас – время прилива.
Их тысячи, десятки, сотни тысяч, а потом – миллионы переселенцев из Центральной Азии. Они только начали обживать огромную территорию, просто – сушу. Евразию.
Нет, они не осваивают новые земли. Они возвращаются на землю, которую Вечно Синее небо их прадедов осеняло пару тысяч лет назад. Возвращаются в дедов дом.
Их называют сегодня странным немецким словом – гастарбайтеры. Слово носит на себе оттенок презрения. Он еще явственнее звучит из уст дикторов, политиков и чиновников, которые говорят о них, как отмахиваются.
Их избивают и убивают. Обманывают и грабят. Они превращены в рабов на земле, которая уже готова принять их. Не как гастов – гостей, нет. Насовсем.
Потому, что эта земля помнит иные времена. Совсем другие племена жили на берегах ее обильных рек. Совсем другая речь возносила молитвы. Сейчас вся эта огромная территория находится во временном управлении. Время временных подошло к концу, и хозяева возвращаются.
Авангард составляют татары. Пережили самые суровые времена притеснений. И выжили. Теперь татарский язык станет вторым государственным в России. Станет, потому что так называемая демократия порой бывает беременной очень странными плодами. Уже Аннушка пролила масло…
Вторыми идут малые народы Кавказа. Это раньше они были малыми. Сейчас – нет. Они – равные. Они едут в свою столицу – Москву не только для того, чтобы услышать комплименты о лицах кавказской национальности. Они хотят взять – и правильно делают! то, что им принадлежит по праву. Свой кусок столичного счастья.
Третьи – народы Сибири. Автохтоны, которые долго находились в обскурации. Быть гражданами одной страны недостаточно для счастья. Надо еще быть блондинами и голубоглазыми. Они – якуты, буряты, алтайцы, хакасы, тувинцы и прочие – очень хорошо это понимают. Главное – они дожили до наших дней. Главное, они дождались прилива.
Теперь все переменится. Лик России становится смуглым и черноглазым. И с этим ничего не поделать. Новых переселенцев из ЦА уже встретит пестрый и яркий азиатский, кавказский, тюркско-монгольский субстрат. Они войдут в него как родные.
Нынешние правители России ничего не делают для того, чтобы этот процесс остановить. Хотя бы затормозить.
Но можно ли ЭТО остановить в принципе?
Прощай, славянская Россия.
Новая будет, скорее всего, тюркоязычная.
Скорее всего, татары выступят консолидирующим центром.
И это стали понимать все больше людей. Не отсюда ли беспокойство в глазах… Безотчетный страх, рождающий агрессию. Скинхеды – ответ официоза сего дня на такое явное завтра.
Но солнце их – на излете, силы тают с каждым днем. Потерпите, рекомые гастами, не отчаивайтесь, вы – посев.
Боже, дай нам хорошего урожая, аминь!

Абдрахман АРГЫНБАЕВ

http://forum.turan.info/showthread.php?t=6499

Статейка примечательна (и полезна) своей откровенностью. Это для начала глупым урусам втюхивается идейка про славянско-тюркский евразийский симбиоз. А когда они на это купятся и расслабятся, окажется, что никакого симбиоза не предполагается, потому что земли урусов совсем и не их, они были на них лишь «временными управляющими», и теперь пора вернуть имущество «законным хозяевам». Как кому-то до сих пор может быть непонятно, что евразийство – это идеологическое обоснование геноцида русского народа?
aquila

Непримиримый Георгий Иванов




Я за войну, за интервенцию,
Я за царя хоть мертвеца.
Российскую интеллигенцию
Я презираю до конца.

Мир управляется богами,
Не вшивым пролетариатом…
Сверкнет над русскими снегами
Богами расщепленный атом.

1946



Россия тридцать лет живет в тюрьме,
На Соловках или на Колыме.

И лишь на Колыме и Соловках
Россия та, что будет жить в веках.

Все остальное – планетарный ад,
Проклятый Кремль, злощастный Сталинград –
Заслуживает только одного,
Огня, испепелящего его.

1949



1
…И вот лежит на пышном пьедестале
Меж красных звезд, в сияющем гробу,
«Великий из великих» – Оська Сталин,
Всех цезарей превозойдя судьбу.

2
И перед ним в почетном карауле
Стоят народа меньшие «отцы»,
Те, что страну в бараний рог согнули, –
Еще вожди, но тоже мертвецы.

3
Какие отвратительные рожи,
Кривые рты, нескладные тела:
Вот Молотов. Вот Берия, похожий
На вурдалака, ждущего кола…

4
В безмолвии у Сталинского праха
Они дрожат. Они дрожат от страха,
Угрюмо морща некрещеный лоб, –
И перед ними высится, как плаха,
Проклятого «вождя» – проклятый гроб.

1953



После войны он был как-то неофициально и незаметно осужден за свое германофильство. Но он был не германофилом, а потерявшим всякое моральное чувство человеком, на всех углах кричавшим о том, что он предпочитает быть полицмейстером взятого немцами Смоленска, чем в Смоленске редактировать литературный журнал. Теперь, в своей предпоследней стадии, он производил впечатление почти безумца. Последняя стадия его наступила через несколько лет, в приюте для стариков, в Иере, или, как еще называют эти места, – в старческом доме, а по-старому сказать – в богадельне... Теперь, в 1948-1949 годах, Иванов производил впечатление почти безумца… Им был утерян в то время живой человеческий облик, и он напоминал картонный силуэт господина из «Балаганчика»… В его присутствии многим делалось не по себе, когда, изгибаясь в талии – котелок, перчатки, палка, платочек в боковом кармане, монокль, узкий галстучек, легкий запах аптеки, пробор до затылка, – изгибаясь, едва касаясь губами женских рук, он появлялся, тягуче произносил слова, шепелявя теперь уже не от природы (у него был прирожденный дефект речи), а от отсутствия зубов. Таким – без возраста, без пола, без третьего измерения (но с кое-каким четвертым) – приходил он на те редкие литературные или «поэтические» собрания, какие еще бывали. Помню, однажды за длинным столом у кого-то в квартире я сидела между ним и Ладинским. Иванов, глядя перед собой и моргая, повторял одну и ту же фразу, стуча ложкой по столу:
- Терпеть не могу жидов.

Нина Берберова. «Курсив мой»



Всё-таки лучше, чтобы среди нашего народа с его пресловутым всепрощенчеством были и люди, которые не прощают ничего…