aquilaaquilonis (aquilaaquilonis) wrote,
aquilaaquilonis
aquilaaquilonis

Categories:

Иудейский храм в Леонтополе





Иудейский храм в городе Леонтополь в Гелиопольском номе Египта (в 30 милях к северо-востоку от Мемфиса) существовал примерно со 162 г. до н.э. по 73 г. н.э. Он был основан выходцем из рода великих жрецов Иерусалимского храма Цадокидов Онией (евр. ḥwnyw – уменьшительная форма имени Иоханан). Основным источником информации об этом храме являются сочинения Иосифа Флавия, которые, однако, содержат противоречивые сведения.

В «Иудейской войне» Флавий утверждает, что Гелиопольский храм основал великий жрец Ония III: «Во время войны Антиоха, прозванного Светлейшим (Эпифаном), с Птоломеем VI за обладание Келесирией возникли распри между иудейскими начальниками: спорили же они о власти, так как ни один из них не хотел подчиниться другому, равному себе по рангу. Ония, один из первосвященников, одержав верх, выгнал из города сыновей Товии, ко¬торые тогда отправились к Антиоху и просили его напасть на Иудею, предложив ему свои услуги в качестве военачальников. Царь, давно уже жаждавший овладеть страною, поспешил дать своё согласие. Став сам во главе могущественной армии, он вторгнулся в Иудею, взял Иерусалим приступом, убил мно¬жество приверженцев Птоломея, предоставил солдатам беспрепятственно грабить, самолично ограбил храм и остановил обычные ежедневные жертвоприношения на три года и шесть месяцев. Первосвященник Ония спасся, однако, бегством к Птоломею, с изволения которого он в гелиопольском округе выстроил городок, похожий на Иерусалим, и в этом городке – храм наподобие Иерусалимского» (Война, 1.1.1).

По другим источникам нам известно, что Ония III в 175 г. до н.э. был отстранён от должности великого жреца Антиохом IV, который за взятку назначил вместо него его брата Ясона. В 172 г. до н.э. Ясона сменил выходец из колена Вениаминова Менелай, не принадлежавший к роду Цадокидов (2 Мак. 3, 4; 4, 23). Он присвоил себе некоторые золотые сосуды из храма, за что его обличил Ония, после этого бежавший в Дафну близ Антиохии. Там его в 171 г. до н.э. убил подкупленный Менелаем сирийский вельможа Андроник: «Посему Менелай, улучив наедине Андроника, просил его убить Онию; и он, придя к Онии и коварно уверив его, дав руку с клятвою, хотя и был в подозрении, убедил его выйти из убежища и тотчас убил, не устыдившись правды» (2 Мак. 4, 34). Об этом событии упоминает Книга пророка Даниила: «И по истечении шестидесяти двух седмин будет отсечён помазанник, и не станет его (yikkaret mašiaḥ wə’en lo)» (Дан. 9, 26).

По этой причине более правдоподобным выглядит утверждение Флавия в «Иудейских древностях» (написанных позже «Иудейской войны»), что храм в Леонтополе основал сын Онии III Ония (IV). Поводом для его бегства в Египет стало назначение Антиохом V в 162 г. до н.э. великим жрецом Иерусалимского храма вместо Менелая Иакима (Алкима), который, хотя и происходил из жреческого рода, не был Цадокидом и продолжал эллинизаторскую политику своих предшественников.

Однако и в этом сообщении Флавий допускает путаницу, утверждая, что Менелай также назывался Онией, принадлежал к роду Цадокидов и был двоюродным братом Онии IV: «Этот-то упомянутый Антиох вместе со своим военачальником Лисием решили сместить первосвященника Хонию, который также назывался Менелаем, и умертвить его в Берее; при этом они назначили первосвященником Иакима, происходившего, правда, из рода Ааронова, но не принадлежавшего к этому дому. Поэтому-то другой Хония, двоюродный брат покойного Хонии, называвшийся так же, как и отец его, отправился в Египет, снискал дружбу Птолемея Филометора и его жены Клеопатры и уговорил их построить в Гелиополитанском номе храм богу наподобие Иерусалимского и назначить его первосвященником. Впрочем, об этом египетском храме мы говорили уже неоднократно» (Древности, 20.10).

В другом месте Флавий называет Менелая дядей Онии IV (возможно, он отождествлял брата Менелая Симона с отцом Онии III – великим жрецом Симоном II Праведным): «Когда же сын первосвященника Хония, который, как мы уже упомянули, потерял отца своего будучи ещё ребенком, увидел, что царь казнил его дядю Менелая и передал первосвященство Алкиму, не происходившему из первосвященнического рода, и что царь по совету Лисия отнял это звание от его семьи и передал чужому семейству, то убежал к египетскому царю Птолемею. Будучи последним и его женою Клеопатрою признан достойным своего сана, он получил от них участок земли в номе Гелиополя и построил тут храм по примеру Иерусалимского. Впрочем, поговорить подробнее об этом нам ещё представится возможность» (Древности, 12.9.7).

Подробнее Иосиф Флавий повествует об этих событиях в 13-й главе «Иудейских древностей»:

«Когда Хоний, сын первосвященника того же имени, бежавший в Александрию к царю Птолемею Филометору и, как мы уже раньше указывали, оставшийся там на жительство, увидел угнетение Иудеи со стороны македонян и их царей, то, желая снискать себе прочную славу и вечную память, решил отправить к царю Птолемею и царице Клеопатре просьбу о разрешении воздвигнуть в Египте храм, подобный Иерусалимскому, и назначить к нему левитов и священнослужителей из своего собственного рода. В этом намерении особенно укреплял его пророк Исаия, который за шестьсот с лишним лет до него предсказал, что в Египте безусловно будет воздвигнут некиим иудеем храм в честь величайшего бога. Основываясь на этом, Хоний отправил Птолемею и Клеопатре письмо следующего содержания:
“После того как я с божьей помощью во время войны оказал вам целый ряд важных услуг, прибыл в Келесирию, Финикию, в гелиополитанский город Леонтополь с иудейским населением, а также в другие местности, где живут представители этого племени, я нашёл, что очень многие из них против всякого закона имеют свои святилища и из-за них ссорятся между собою, что случается и среди египтян вследствие массы имеющихся у них храмов и происходящих из-за разных воззрений в религиозных делах разногласий; я нашёл там весьма подходящее место в области, посвящённой полевой богине Бубастис, где было множество леса и обилие всевозможных священных животных; и вот я прошу тебя уступить мне это заброшенное и не имеющее определённого назначения святилище, чтобы я тут мог воздвигнуть Всевышнему храм наподобие Иерусалимского, тех же самых размеров. Туда будут во взаимном согласии стекаться все живущие в Египте иудеи и, молясь за тебя, твою супругу и детей, иметь возможность выказывать тебе свою глубокую преданность. Ведь и пророк Исаия предсказал некогда: «Господу богу будет жертвенник в Египте». При этом он предвещал ещё многое другое относительно этого”.
Такое письмо отправил Хоний царю Птолемею, который в свою очередь ответил ему посланием, могущим служить доказательством благочестия как самого царя, так и супруги и сестры его Клеопатры. Дело в том, что последние слагают с себя ответственность за всякое нарушение закона и переносят её на Хония. Вот как они ответили [ему]: “Царь Птолемей и царица Клеопатра посылают Хонию привет свой. Мы прочли твою просьбу о разрешении предоставить тебе право восстановить запущенный храм, находящийся в гелиополитанском номе близ Леонтополя и приписываемый полевой Бубастисе. Однако мы очень удивляемся и сомневаемся, будет ли угодно богу святилище, воздвигаемое в столь дурном месте, да ещё кишащем священными животными.
Но так как ты уверяешь, что пророк Исаия предсказал об этом давно, то мы предоставляем тебе это право, поскольку оно не противоречит [вашему] закону, и притом с оговоркою, чтобы нас не считали ответственными за какие бы то ни было прегрешения относительно бога”.
Получив таким образом в своё распоряжение указанное место, Хоний воздвиг [тут] святилище и жертвенник богу, подобные иерусалимским, хотя и поменьше и победнее. Мне не казалось необходимым останавливаться теперь на размерах и убранстве этого храма, потому что об этом уже писано мною в седьмой книге моей “Иудейской войны”. Хонию удалось также найти некоторых единомышленников из иудеев, которые собирались отправлять там обязанности левитов и священнослужителей. Однако об этом храме у нас довольно было речи».
(Древности, 13.3.1-3)

Леонтопольский храм Яхве упоминается также в двух источниках, происходящих из среды египетского еврейства. Первым из них является сочинение «История евреев» александрийского иудейского писателя II в. до н.э. Артапана, которое со ссылкой на Александра Полигистора цитирует Евсевий Кесарийский. Повествуя о том, как пришедшие к Иосифу в Египет братья были поселены в Гелиополе и Саисе, Артапан утверждает, что «они построили храм… в Гелиополе (ἐν Ἡλιουπόλει ἱερὸν κατασκευάσαι)» (Приготовление к Евангелию, 9.23).

Вторым источником являются Книги Сивилл:

Скажет один из жрецов, одетый в льняные одежды:
«Люди, построим святыню в честь истинно сущего бога!
Люди, ужасный обычай, от предков идущий, изменим –
Тот, по которому деды богам из глины и камня,
Шествия, жертвы, обряды творя, потеряли разсудок.
Несокрушимого бога возславив, душой обратимся,
Люди, к нему самому – создателю, сущему вечно,
Кто всеми правит, царю, справедливому мира владыке,
Душ кормильцу, отцу, великому, вечно живому!»
Так возведён будет храм в Египте, великий, священный;
Жертвы к нему понесёт народ, наставленный богом, –
Те, кому вечную жизнь господь на земле уготовил.
(καί ποτε τῶν ἱερέων τις ἐρεῖ λινόστολος ἀνήρ•
“δεῦτε, θεοῦ τέμενος καλὸν στήσωμεν ἀληθοῦς•
δεῦτε, τὸν ἐκ προγόνων δεινὸν νόμον ἀλλάξωμεν,
τοῦ χάριν οἱ λιθίνοις καὶ ὀστρακίνοισι θεοῖσιν
πομπὰς καὶ τελετὰς ποιούμενοι οὐκ ἐνόησαν.
στρέψωμεν ψυχὰς θεὸν ἄφθιτον ἐξυμνοῦντες
αὐτὸν τὸν γενετῆρα, τὸν ἀίδιον γεγαῶτα,
τὸν πρύτανιν πάντων, τὸν ἀληθέα, τὸν βασιλῆα,
ψυχοτρόφον γενετῆρα, θεὸν μέγαν αἰὲν ἐόντα.” –
καὶ τότ´ ἐν Αἰγύπτῳ ναὸς μέγας ἔσσεται ἁγνός
κεἰς αὐτὸν θυσίας οἴσει λαὸς θεότευκτος,
κείνοισιν δώσει θεὸς ἄφθιτος ἐμβιοτεύειν.)
(КС 5.492-503)

Храм в Леонтополе являлся также религиозным и административным центром иудейской военной колонии. Эта колония возникла уже в правление египетских царей Птолемея VI Филометора (180-164, 163-145 гг. до н.э.) и Клеопатры II, предоставивших Онии IV землю для храма. После смерти Птолемея VI, когда Клеопатра II боролась за власть со своим младшим братом Птолемеем VIII Эвергетом, Ония с иудейским войском прибыл в Александрию, чтобы оказать ей поддержку (Против Апиона, 2.5).

В 107 г. до н.э. дочь Птолемея VI и Клеопатры II Клеопатра III свергла своего сына и соправителя Птолемея IX, который укрепился на Кипре. В этом конфликте её самыми преданными сторонниками оказались сыновья Онии IV Хелкия и Анания, унаследовавшие от него командование иудейским войском: «В это же самое время дела не только иерусалимских и вообще палестинских евреев шли хорошо, но также удачно складывалась и жизнь иудейских жителей Александрии, Египта и острова Кипра. Дело в том, что египетская царица Клеопатра восстала против своего сына Птолемея Лафура и назначила правителями страны Хелкию и Ананию, сыновей того самого Хония, который, как мы рассказали выше, построил в гелиополитанском номе храм наподобие Иерусалимского. Поручив им войско, Клеопатра ничего не предпринимала без их одобрения, как о том свидетельствует и каппадокиец Страбон, выражаясь по этому поводу следующим образом: “Большинство солдат, явившихся вместе с ними и впоследствии отправленных на Кипр, немедленно передались Птолемею; верность сохранили ей одни только так называемые онийские евреи, потому что их сограждане, Хелкия и Анания, пользовались величайшим влиянием у царицы”» (Древности, 13.10.4).

В 104-102 гг. до н.э. война перекинулась на земли Келесирии, где к войску Клеопатры III присоединился Александр Яннай, недавно ставший правителем Иудеи. Некоторые из приближённых египетской царицы советовали ей захватить его владения, но против этого возразил присутствовавший здесь Анания (Хелкия умер незадолго до этого): «Анания воспротивился их убеждениям, указывая на то, что царица поступит несправедливо, если лишит власти союзника своего, который вдобавок является единоплеменником. “Знай, – сказал он ей при этом, – что если ты обидишь его, то возбудишь против себя ненависть со стороны всех нас, иудеев”. Благодаря такому совету Анании Клеопатра решила не трогать Александра и даже заключила с ним дружественный союз в Келесирии, в городе Скифополисе» (Древности, 13.13.2). Из этого рассказа можно сделать вывод, что несмотря на отдельный храм гелиопольские иудеи сознавали себя едиными с иудеями Иерусалима.

Храм Яхве в Леонтополе был закрыт по приказу Веспасиана в 73 г. н.э. Причиной этому послужили беспорядки среди египетских иудеев, которые вызвали у императора опасения, что храм может стать центром иудейского сопротивления римской власти:

«Луп, тогдашний правитель в Александрии, поспешил известить императора об этом движении. Тогда император в том убеждении, что мятежническая страсть иудеев никогда не укротится, опасаясь так¬же того, чтоб они, соединившись вместе, не привлекали и других на свою сторону, приказал Лупу разрушить иудейский храм в так называемом Онийском округе. Этот египетский храм обязан своим основанием и именем следующему обстоятельству. Ония сын Си¬мона, один из иерусалимских первосвященников, бежал в Алек¬сандрию от сирийского царя Антиоха, воевавшего с иудеями. Птолемей, находившийся в разладе с Антиохом, принял его дружелюбно. Тогда Ония обещал ему привлечь на его сторону всех иудеев, если он последует его совету. Когда царь согласился сделать всё возможное, он просил у него разрешения построить где-либо в Египте храм и ввести в нём богослужение по иудейскому обряду, ибо тогда, сказал он, иудеи ещё решительнее будут бороться с Антиохом, опустошившим иерусалимский храм, а ему, Птолемею, сделаются ещё преданнее и много иудеев ради свободы религии переселятся в его страну.
Эти соображения понравились Птолемею. Он подарил Онии место в 180 стадиях от Мемфиса, в Гелиопольском номе. Это место Ония укрепил и построил на нём из огромных камней храм, хотя не по образцу иерусалимского, а походивший более на цитадель, выши¬ною в 60 локтей; жертвеннику же он придал форму иерусалимского и храм украсил такими же священными дарами, как в Иеруса¬лиме. Только для светильника он сделал исключение: вместо стоячего светильника, он изготовил только золотую лампаду, испускавшую лучистый свет и её он повесил на золотую цепь. Всё освящённое место он обвёл кирпичной стеной, которая была снабжена массивными камен¬ными воротами. Царь затем принёс в дар большой участок земли, доходов с которого хватило с избытком на содержание священников и на все нужды богослужения. Намерения Онии в этом пред¬приятии не были безукоризненны: им руководило недоброе чувство к иерусалимским иудеям, внушённое ему памятью о его бегстве, и вот он думал, что постройкой храма ему удастся отвлечь оттуда значи¬тельную массу иудеев. Впрочем, существовало ещё древнее предска¬зание, предвозвещённое ещё шестьсот лет назад; ибо пророк Исайя прорицал постройку иудеем этого храма в Египте. Таким образом возник храм.
Правитель Александрии Луп по получении предписания императора появился в священном округе и запер храм, взяв предварительно оттуда некоторые священные драгоценности. Вскоре затем Луп умер и его преемником в наместничестве сделался Павлин. Последний взял из храма всё, что там ещё оставалось, угрожая при этом священникам жестоким наказанием за утайку чего-либо, и, воспретив иудеям посещение священного места, запер ворота и сделал храм совершенно недоступным, так что в нём не осталось ни следа богослу¬жения. От сооружения храма до его закрытия протекло 343 года».
(Война, 7.10.2-4)

В действительности храм в Леонтополе просуществовал около 235 лет. Память о нём отражена в ряде трактатов Талмуда и более поздних иудейских сочинениях. Талмуд называет его «храмом Ония» (byt ḥwnyw) и помещает в Александрию (т.е. путает со знаменитой александрийской синагогой). В ряде сочинений он также сливается с самаритянским храмом на горе Гаризим.

Подробнее всего из талмудических текстов о гелиопольском храме говорит трактат «Менахот» («Хлебные приношения»). Сначала в нём излагается точка зрения рава Меира: «Наш танна согласен с тем, кто говорит, что храм Онии не был [местом] языческого служения (‘bwdat kwkbym). Поскольку было преподано: В год, когда умер Шимон Праведный, он предсказал им, что умрёт… После праздника [Кущей] он болел семь дней, а потом умер. После этого его братья жрецы запретили произносить Имя в жреческом благословении. В час своей кончины он сказал им: “Мой сын Ония получит должность [великого жреца] после меня”. Его брат Шимей, который был на два с половиной года старше, возревновал и сказал ему: “Пойдём, и я научу тебя порядку храмового служения”. После этого он облачил его в [женское] платье (’wnqly), подпоясал его [женским] поясом (ṣylṣwl), поставил его рядом с жертвенником и сказал своим братьям жрецам: “Посмотрите, что этот человек сказал своей возлюбленной (т.е. жене) и теперь исполнил: «В день, когда я вступлю в должность великого жреца, я облачусь в твоё платье и подпояшусь твоим поясом»”. Тогда его братья жрецы искали убить его. Он бежал от них, но они преследовали его. Тогда он отправился в Александрию в Египте, построил там жертвенник и вознёс на нём жертвы в честь языческого служения (‘bwdat kwkbym)».

Раву Меиру возражает рав Йегуда: «Ония не получил должность великого жреца, потому что его брат Шимей был старше его на два с половиной года». Далее он излагает сходную историю, но в ней Ония обманом облачает Шимея в женскую одежду, когда же жрецы хотят убить Шимея, последний объясняет им обман брата, после чего Ония бросается в бегство: «Он бежал в царский дом, но они преследовали его там, и каждый, кто видел его, кричал: “Вот он, вот он!” Тогда он отправился в Александрию в Египте, построил там жертвенник и вознёс на нём жертвы в честь неба (šmym), ибо сказано: “В тот день жертвенник Яхве будет посреди земли египетской, и столп Яхве – у рубежа её” (Ис. 19, 19)» (Menaḥot, 109b).

Этот и другие талмудические тексты, а также Иосиф Флавий в обоснование законности Леонтопольского храма ссылаются на пророчество в Ис. 19, 19, которое, как мы знаем, на самом деле касается основания Элефантинского храма в правление иудейского царя Манассии.

Как видно из приведённых выше мнений рава Меира и рава Йегуды, талмудические авторитеты расходились во мнениях относительно того, был ли храм в Леонтополе законным. В трактате «Авода зара» («Чужое служение») утверждается, что жрецы, которые служили в храме Онии, не должны допускаться к служению в Иерусалимском храме, то же касается и священных сосудов (AZ, 52а). Другое мнение высказывает трактат «Мегилла» («Свиток»): «Сказал [рабби] Йицхак: “Я слышал, что они приносят жертвы в храме Онии (mqrybyn bbyt ḥwnyw) в настоящее время”. Он утверждает, что храм Онии не есть храм чужого служения (byt ḥwnyw l’w byt ‘z)» (Megillah, 10a).
Tags: ИВХ
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment